Галопом по России: краткий выпуск новостей на пути обратно

Саянско-зимняя сказка

Наш 13-дневный маршрут по России начался в довольно крутых погодных условиях. Однако, мы даже мысли не допускали, что снег и лед будут все время сопровождать нашу поездку – ни мы, ни наш Jimni на летней резине к этому готовы не были.

NSR: дорога в Саянск Наше намерение оторваться от преследований бушующей зимы оправдалось. Как только мы освободились от объятий снегопадов на иркутской стороне, впереди нас ждала нежная и тихая зимушка с мягкими снежными коврами и чуть покалывающим щеки морозцем.

Следующей после Иркутска ночью мы остановились в городе Саянск. Этот город нам показался довольно приятным. Он встретил нас тишиной своих улиц и нетронутым снежным покровом. Настоящая зимняя сказка. Даже подумалось о Новом годе. И вспомнилось детство. Более того, расположение комнат в нашей съемной квартире в Саянске было точь-в-точь похоже на расположение комнат в моей бывшей квартире в Фокино, а сама квартира была обставлена мебелью 80-х. Самый приятный момент от пребывания в Саянске - это утренний вид из окна: морозец и яркое солнышко.

Мы снова погрузили вещи в Jimni и отправились из этого приятнейшего места дальше в путь. Мы спешили в Красноярск.

Это не Магритт?

Дорога в Красноярск длиною в 800 км изрядно нас измотала. Мы въехали в город поздней ночью. Тем не менее, офис аренды квартир был открыт и мы благополучно разместились. Приятно также было то, что прибыв в Красноярск, мы осознали, что вырвались из плена метели. Здесь, в сердце Сибири, снега не было. В уличных кадках еще цвели цветы и воздух, хоть и холодный, был наполнен солнечным светом. Мы пока не знали, что такое настоящая метель и где она нас подстережет...

Еще в пути на восток Красноярск покорил нас своим размахом. В прямом и переносном смысле. Для жителей Петербурга Красноярск может показаться очень большим городом, ведь длина одной улицы, как мы уже говорили, может достигать до 60 км. Поскольку город мы уже посмотрели (точнее, его центр, ведь преодолевать многие километры по всему городу было бы для нас чересчур), то мы приняли решение посетить какое-нибудь культурное место в Красноярске, чтобы получить еще одно культурное впечатление, ведь на пути домой Красноярск был последней остановкой «для души». Все последующие наши стоянки носили исключительно бытовой характер.

NSR: Это не трубка

Среди культурных мероприятий, проводившихся в те дни октября 2012 года в Красноярске, наш выбор пал на выставку «Это не Магритт». Название выставки, столь метко подхватившее цитату из полотен мастера («Это не яблоко», «Это не трубка») впоследствии легло в основу нашего собственного внутреннего мема: то и дело мы объясняли друг другу явления из жизни, используя частицу «не» («это не завтрак», «это не магазин», «это не заправка»), что веселило нас в пути. Впрочем, нам и так было весело. Ведь мы путешествовали. Мы – счастливые и свободные люди.

Спору нет, нам понравилась выставка. Однако комментировать ее я не буду. Эту работу уже до меня выполнили специалисты. Мне запомнились также другие произведения современного искусства, выставленные в музее помимо Магритта. Например, мы увидели жуткий город «зеро», составленный из человеческих мумий в натуральную величину, которые то ли строят, то ли растаскивают обломки мертвого города. Подумалось, а есть ли сила в таком искусстве? С одной стороны, срабатывает страх получить такой город в результате неразумной экологической или военной политики, с другой стороны, не лучше ли стремиться к хорошему через приятные образы, а не «пугалки». Это не искусство, решили мы.

И на следующий день поехали дальше. В Кемерово.

Кемеровские общаги

В этот раз в Кемерово нам посчастливилось сделать остановку. Показалось, что город чем-то похож на Челябинск. У этих двух городов есть такие черты: население, состоящее в основном из рабочего класса, и атмосфера общей неустроенности и неудовлетворенности.

Мы поселились в здании бывшего общежития: огромном 9 этажном доме с одним подъездом, двумя тесными лифтами и темными длинными коридорами, по ободранному виду и тесному пространству похожими на казематы. Поднявшись на свой этаж, мы повернули от лифта к коридору, где нам попался курящий молодой человек «утырчатого» вида. В дальнейшем, все жители этого дома, которые нам попадались, были молодыми людьми из рабочей среды. Мы сделали предположение, что это квартиры, которые дают детдомовцам. Тягостная обстановка неблагополучия витала в этом доме.

Впрочем, в квартире все оказалось не так плохо. Были и двуспальная кровать, и душ, и туалет, и холодильник. Даже плитка и микроволновка, которые нам оказались не нужны.

Наутро узнали, что в доме даже имеется wi-fi, так необходимый нам, поскольку МТС отключил наш айпедовский интернет. Мы накачали адреса квартир в Новосибирске и полетели дальше, словно перелетные птицы, нигде не задерживаясь и делая остановки исключительно для сна.

Вповалку

Вообще, Россия – очень большая страна. Прибыв в Новосибирск, мы ощутили такую навалившуюся усталость от этих бесконечных бескрайних дорог, что, зайдя в квартиру и увидев кровать, легли на нее вповалку и не чувствуя затекания рук и ног проспали до глубокой ночи, после чего проснулись и разместились в квартире: выпили чаю, приняли душ и расстелили постель. Утром нас ждал ранний подъем и дальнейшая цель – Омск.

По дороге в Омск мы заехали в уже знакомый нам город Куйбышев и посетили уже знакомый нам ресторан «Ермак».

Куйбышевский счет

NSR: счет в ресторане

Мы вовсе недолго отсутствовали в Куйбышеве и его парадной ресторации «Ермак», чтобы там произошли столь крутые изменения в политике заведения. Нет, изменения ни в коем случае не тронули «просовковый» вид «Ермака». Более того, такой антураж на сегодня уже сам по себе является историей, и возводить какой-то новодел в интерьерах ресторана было бы неразумно. Изменения не коснулись и настроения персонала: все тот же унылый вид и искренняя ненависть к клиентам. В ассортименте также не добавилось блюд, которые анонсируются в тяжелом и потрепанном меню, но по факту месяцами отсутствуют. Зато теперь мы должны были оплатить вход в ресторан!

Вы не ошиблись: вход в ресторан, где мы были единственными клиентами, похоже, за целый месяц, стал платным! Мы попытались разобраться в ситуации: нет ли ошибки. Оказалось, нет. Мы все поняли правильно. За вход нужно платить. А если мы не заплатим, то деньги снимут с официантки. Эта старая как мир манипуляция на нас не сработала. И дело не в том, что нам не жалко эту унылую официантку, мы просто не хотим платить за то, за что платить не должны.

Ведь если на эту тему рассуждать далее, то кому-то может прийти в голову заложить в счет просмотр меню, вопросы официантке, ответы официантки, поход в туалет и т.д. и т.п. В общем, этот идиотизм мы не стали оплачивать, а на память сохранили чек. Будете в «Ермаке» - расскажите, за что платили вы.

На задворках Омска

Перемещаясь по России, мы сделали некий общий вывод о состоянии сервиса в разных регионах страны. Самым хлебосольным оказался район Бурятии, самым профессиональным район Поволжья. Однако где-то посередине между ними – ближе к Омску и Екатеринбургу – в атмосфере начинает царить довольно злобное отношение к клиентам.

Правда, в Омске нам повезло с «принимающей стороной», ведь, несмотря на то, что прием сорвался (в наш зарезервированный номер гостиницы кто-то вселился до нас), менеджер порекомендовал своих коллег из другой гостиницы и, таким образом, мы не остались на улице.

Любопытно, что проезд к гостинице потребовал как смелости, так и усилий. Наша гостиница располагалась в какой-то гаражной зоне. На разбитые ямами улочки со всех сторон нависали высокие заборы. Выли собаки. Ни одного источника света кроме луны. Однако гостиницу мы нашли.

На следующее утро, оглядев при дневном свете улочку, где мы оказались, мы ужаснулись еще больше. Улица напоминала кадры из к/ф «Сталкер»: мусор, арматура, лужи. Все вокруг серое, грязное и запущенное. Вот такое интересное место нам попалось за бюджетный среднеевропейский ценник.

Диаспора в Тюмени

Следующая ночевка пришлась на город Тюмень. По дороге на восток мы здесь не были. Это новое место требовало осмотра, и мы его осуществили днем после беспокойной ночи в тесной гостинице, принадлежащей дагестанской диаспоре.

Честно говоря, не понятно, почему в таких городах как Тюмень и Омск, за среднюю цену в 1,000-1,200 рублей можно переночевать только в таких странных местах. Вроде средняя зарплата россиян составляет всего 20,000 рублей. Откуда такое стремление содрать с честных граждан за сомнительный сервис.

Что касается дагестанской гостиницы, то лишь въехав во двор, стало понятно, что мне из машины лучше не высовываться. Под пристальным наблюдением внушительного количества кавказцев Борис взял на себя все перемещения во дворе и договоренности с администрацией. Затем я, обмотавшись в палантин, переметнулась из машины в номер, чтобы до утра из него не выходить. Мое скромное поведение местным сходом было одобрено, и никаких замечаний не поступало.

Оказалось, такой прием как в Тюмени или в Омске – это довольно сносные условия. Все может быть намного хуже. Таким образом, самое серьезное испытание нас ждало в Екатеринбурге.

Екатеринбург

Именно здесь, в Екатеринбурге, мы узнали, что такое самое негостеприимное обращение с человеком. Если в Омске нас хотя бы перенаправили на задворки, то в Екатеринбурге, куда мы прибыли поздним вечером, работница гостиницы, с которой мы договаривались о ночлеге, сказала просто: «Мы пустили другого постояльца». И это при том, что мы договорились буквально за 2 часа до прибытия, заверяя, что именно столько времени нам понадобится, чтобы разыскать гостиницу. В итоге, приехав на место ночлега, в нем нам было отказано самым циничным образом.

NSR: креатив екатеринбургских гостиниц Мы заметили, что именно в Екатеринбурге оформление услуг гостиничного бизнеса происходит с особым размахом. Вот замечательный пример того, как гостиница Екатеринбурга (на деле оказавшаяся несговорчивой и довольно грубой) видит себя флагманом HoReCa на Евразийском континенте. На нее равняются побратимы из Лондона (флаги в верхнем левом углу), она же на короткой ноге с гостями из Токио (часовые табло в колонке справа). Куда там нам с нашими русскими рожами...

Стояла ночь. Начинать новые поиски гостиницы, а затем места, где она находится, уже не было ни сил, ни желания. Мы приняли решение ночевать в машине. И вот во дворе пятиэтажек мы разместились на ночлег в нашем маленьком автомобиле. Впрочем, разместилась только я, потому что в Jimni было оборудовано только одно спальное место. Борис спал сидя на водительском кресле. Ближе к утру мы поменялись местами, а я повела автомобиль через Уральские горы. Следующая наша остановка – Пермь. Однако, все было не так просто. По дороге мы потерялись.

Потерялись

Выбором неверного дорожного ориентира мы стали обязаны нашему айпеду. Карта показывала четкий маршрут на Пермь. Вначале так и было: мы ехали по дороге, пересекающей перевалы. Уральские горы этого «северного маршрута» оказались не столь крутыми как на юге. Можно сказать, что этот переход Уральских гор получился плавным и даже незаметным.

Незаметным, если бы не одно обстоятельство. Постепенно вместо четкой асфальтированной дороги мы переместились на проселочную, которая заводила нас все дальше в лес. Каких-то других автомобилей, например, грузовиков, на дороге не попадалось, а рация молчала.

Проехав километров 15 по такой дороге, я задумалась, что же появится дальше. Не решалась разбудить Бориса. На карте маршрут по-прежнему имел однозначную трактовку того, что мы едем правильно. Может быть, это и есть дорога, соединяющая Екатеринбург и Пермь. Россия – страна непредсказуемая. Например, дорога, соединяющая Красноярск и Иркутск в некоторых местах и вовсе не имеет контуров, а покрыта лишь гравием – и это федеральная трасса. Что уж говорить о дороге второстепенного значения.

Еще несколько километров я убеждала себя в правильности пути, но дорога все больше стала походить на лесозаготовительную тропу, сформированную огромными колесами лесовозов. Борис проснулся.

Я поделилась своими опасениями. Как только мы стали решать, что делать, как увидели перед глазами населенный пункт. Надежда мелькнула в наших сердцах. Правда, этот населенный пункт не показался нам населенным. Кое-где имелись новые постройки, но все больше виднелись старые развалины. А людей и не было вовсе. Вскоре, пробравшись через это село, не имевшее названия, наша дорога закончилась. Дальше шел только лес. Мы повернули обратно. На выезде из деревни сделали остановку для разминки и завтрака. Это было морозное утро, а над живописным озером стоял туман. Завтрак на фоне такой красоты показался романтичным.

NSR: неизвестная деревушка в Уральских горах NSR: берег озера в Уральских горах
Вид на неизвестную деревушку в Уральских горах Приятное место для завтрака

Мы поехали обратно. Как вы понимаете, правильный путь нами все же был найден. Двигаясь по нему, мы достигли следующей остановки – Пермь.

Пермь

Наверное, про Пермь мы бы вовсе упомянули вскользь, поскольку город мы не посмотрели, а наши транзитные истории становятся уже похожими друг на друга. Это так, да не так. Гостиница, в которой нам удалось разместиться в Перми, была как-то особенно страшной. Создавалось впечатление, что хозяева выжимают остатки из аварийного здания, построенного где-то в 60-е, которое сегодня служит гостиницей (а раньше, похоже, поликлиникой), и если оно не рухнет сегодня, то заработает еще чуть-чуть на таких туристах, как мы.

Кроме общей обшарпанности, гостиница имела весьма стойкую пропитку из табака и алкогольных паров. Постельное белье не радовало свежестью. Странным было и расположение предметов мебели на небольшой площади комнаты. Например, телевизор располагался слева от кровати, параллельно подушкам. Видимо, предполагалось, что телевизор мы смотрим ушами, причем правыми, если лежать на спине. Можем и левыми, если перевернуться на живот.

Комната была оборудована раковиной с фыркающим краном, выплескивавшем холодную воду чайного цвета. Душ располагался на этаже. Повезло, что в тот день других постояльцев не было и их следов на этом месте встречи тоже.

Здесь, в Перми, произошел случай с нашим термосом. Он попал между водительским креслом и чемоданом, который Борис усилием всего корпуса пытался запихнуть в Jimni. Наш верный друг термос, таким образом, разбился и был оставлен в Перми. Дальше мы следовали без горячего чая. Впрочем, оставалось не так много остановок, а именно две: в Кирове и Костроме.

Киров и Кострома

Подходя к завершению, наше путешествие словно решило сделать нам подарок. Две финальные остановки прошли гладко в отличных гостиницах европейского уровня по ценам, сопоставимым с ценами за ночлег в Перми и Тюмени. Более того, к проживанию прилагался завтрак, что в принципе в России большая редкость.

Финишная прямая на Санкт-Петербург

Понравился нам и ресторан в Рыбинске, который мы посетили уже на финишной прямой в Санкт-Петербург. Название ресторана, к сожалению, мы не запомнили, но запомнили дотошность и вышколенность персонала, что тоже является большой редкостью для России.

Именно здесь, в Рыбинске, у нас родилась идея открыть проект «Ценные люди», чтобы помещать туда материалы о стоящем обслуживании. По праву этот список возглавила бы официантка того ресторана. Она по-настоящему боролась перед клиентом за доброе имя своего ресторана.

На подступах к Санкт-Петербургу нас снова захватила метель. Она словно нас поджидала, словно играла с нами, не давая проехать до финиша еще каких-то несколько сотен километров. Путешествие делало нам знак, что нам не будет так просто с ним расстаться. Так и вышло. Погода разыгралась настолько, что, находясь в 500 км от города, мы оставили надежду ехать дальше и сделали остановку на третий ночлег в Jimni. Для этого мы снова выбрали стоянку фур, где спрятались и неудобно уснули. Наутро продолжили путь.

Санкт-Петербург!

Надо отметить, что в европейской части России, идущей после Уральских гор, дороги абсолютно безлюдны. Вот уж поистину глухие места! Можно проехать сотни километров и не увидеть ни заправки, ни населенного пункта, не говоря уж об автосервисе и магазинах. Кроме айпеда, о правильности маршрута нам говорило дорожное покрытие, которое имело асфальтную текстуру. Других признаков трассы не наблюдалось. И рация часами молчала.

Перемещение на большие расстояния научило нас внимательно относиться к дорожным знакам. Теперь мы понимали, если попадается знак «Дикие животные», то действительно на дорогу могут выйти дикие животные. Здесь это их территория.

После Рыбинска ситуация начала меняться. Безлюдные просторы стали разбавляться деревнями и заправками. Наш завтрак на утро после ночной стоянки дальнобойщиков состоялся на какой-то сетевой заправке, где мы выпили кофе и съели по сендвичу из продуктов нефтепереработки. Вкус этого сендвича напомнил нам о глобализации. Еще недавно мы ели чистые продукты и вовсе позабыли, как сложно найти путнику здоровое пропитание.

На этой же заправке о глобализации нам напомнила работающая плазменная панель, транслировавшая ничего не значащие новости. Невкусность, пищевая и духовная, есть черта современной жизни в столице. Единожды это прочувствовав, так хочется, чтобы где-то там, в глубине России, и дальше оставалась самобытность.

Все ближе приближаясь к Санкт-Петербургу, наши сердца стали наполняться грустью. Словно предстояло расставание с нашим другом - нашим путешествием. Словно оно все дальше и дальше находилось позади нас и махало нам на прощание рукой.

В Санкт-Петербурге тоже наступила зима, и снег покрыл обочины и крыши остановок. В родном городе ничего кроме погоды не изменилось. Однако изменились мы. И сегодня мы знаем наверняка, что многим дальнейшим переменам в нашей жизни мы будем обязаны ему, нашему путешествию, которое дало нам столько впечатлений и идей.

Читайте дальше «Экономика обратного пути».

Следующая статья «Итоги поездки: трудности».

 

Внимание! При копировании материалов с сайта, активная ссылка на сайт - http://www.newskyreport.ru/ - обязательна!

Если Вам понравилась эта статья или сайт, пожалуйста, нажмите на кнопки сверху справа. Спасибо:)


April 14, 2021, 10:47 pm