Ода дальнобойщику

До тех пор, пока мы не побывали на трассе Уфа-Челябинск, и не поучаствовали в штурме Уральских гор, мы не обращали внимания на то, как опасна профессия дальнобойщика. Мы поняли, в чем опасность, когда сами снижали скорость перед спуском, пытаясь сохранить управление автомобилем в своих руках. Что говорить о фуре, которая в любой момент может потерять баланс сцепления с прицепом и неумолимо потянется в сторону спуска шаландой вперед. Мы неоднократно видели автомобили, «ушедшие» с трассы таким образом.

На перегоне Омск-Новосибирск мы почувствовали вторую волну уважения к профессии дальнобойщика. Водителю фуры приходится иметь дело со скользкими обочинами и узким полотном, на котором встречные фуры расходятся с креном в сторону друг друга так, что остаются миллиметры до столкновения крышами.

Следующее испытание для настоящего профессионала перегонов – это снегопады на горных перевалах, в которых мы также побывали на обратном пути. Мы видели, как фуры «шлифуют» снег и скатываются с горки вниз, не в силах взять подъем. Задержки в пути на таком сложном участке бывают по несколько суток. О настоящем светопреставлении, которое случилось на Култукском перевале, смотрите в видеосюжете.

Самым главным качеством дальнобойщика, на наш взгляд, является ответственность. За время всего нашего путешествия мы ни разу не столкнулись с тем, что водитель фуры как-то препятствовал нам совершить маневр. Я помню былую бесшабашность «дальнобоя» в ранние 90-е, когда «фурщики» оспаривали свое право на дорогу с любым другим видом транспорта. Сегодня дальнобойщики – это братство, организованное на принципах ответственности и взаимовыручки.  

Что касается нашего экипажа, то до Омска на нас никто на дороге не обращал внимания, а на перегоне Омск-Новосибирск в канале начали появляться вопросы, откуда мы и зачем. Наше командное прозвище стало «Сузуки». Совершая длительные перегоны, мы чувствовали, что всегда есть надежда на собрата по дороге, который поможет в случае беды.

Бывало, мы наблюдали целую стоянку грузовиков, организованную по поводу «ушедшего» коллеги. Дальнобойный консилиум решал, как помочь пострадавшему. Например, такое случилось на трассе Киров-Кострома – одной из самых безлюдных дорог. И пускай у каждого водителя свои планы и сроки, равнодушных к чужим проблемам не было. Все понимают, что на этом месте может оказаться каждый.

Мы считаем, что сегодняшний день – это расцвет романтики автомобильных грузоперевозок. Этот период пришел на смену хаотичному «бандитскому» началу, а дальше наступит пора сугубого профессионализма, когда на помощь будут приходить не коллеги, а специальные службы, организованные для поддержки грузового потока. Сегодня уже безопасно, но инфраструктура еще не развита, и это дает проявить человеческий характер.

И, напоследок, некоторые примеры перевода с языка дальнобойщика:

«Работает машинка» - на дороге дежурит патруль ГАИ;

«Шлифовка» - холостой ход на скользкой или заснеженной трассе;

«Ушел» - перевернулся на обочину;

«Ты в канале?» - «Ты слышишь меня по рации?».

На этом мы закончим наше эссе и, пожалуй, перейдем к следующей статье, описывающей стоянку в Новосибирске под названием «Новосибирское затишье».

April 14, 2021, 10:43 pm